Невиноватая я!!!
Добро пожаловать на форум «Клуб любителей детективов» . Нажмите тут для регистрации

  • Объявления администрации форума, интересные ссылки и другая важная информация
КЛУБ ЛЮБИТЕЛЕЙ ДЕТЕКТИВОВ РЕКОМЕНДУЕТ:
КЛАССИКИ ☞ БАУЧЕР Э.✰БЕРКЛИ Э. ✰БРАНД К. ✰БУАЛО-НАРСЕЖАК ✰ВАН ДАЙН С.С.✰КАРР Д.Д. ✰КВИН Э. ✰КРИСТИ А. ✰НОКС Р. ✰СЭЙЕРС Д.
СОВРЕМЕННИКИ ☞ АЛЬТЕР П.✰БЮССИ М.✰ВЕРДОН Д.✰ДИВЕР Д.✰КОННЕЛЛИ М.✰НЕСБЁ Ю.✰ПАВЕЗИ А.✰РОУЛИНГ Д.✰СИМАДА С.

В СЛУЧАЕ ОТСУТСТВИЯ КОНКРЕТНОГО АВТОРА В АЛФАВИТНОМ СПИСКЕ, ПИШЕМ В ТЕМУ: "РЕКОМЕНДАЦИИ УЧАСТНИКОВ ФОРУМА"

АЛФАВИТНЫЙ СПИСОК АВТОРОВ: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


  “ДЕТЕКТИВ — ЭТО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЙ ЖАНР, ОСНОВАННЫЙ НА ФАНТАСТИЧНОМ ДОПУЩЕНИИ ТОГО, ЧТО В РАСКРЫТИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ГЛАВНОЕ НЕ ДОНОСЫ ПРЕДАТЕЛЕЙ ИЛИ ПРОМАХИ ПРЕСТУПНИКА, А СПОСОБНОСТЬ МЫСЛИТЬ” ©. Х.Л. Борхес

Эд. Хоч “Загадка пастушьего кольца”

Модераторы: киевлянка, Роджер Шерингэм

Эд. Хоч “Загадка пастушьего кольца”

СообщениеАвтор Клуб любителей детектива » 31 мар 2021, 13:33


   ЭДВАРД ДЕТИНГЕР ХОЧ  「EDWARD DENTINGER HOCH」
   ЗАГАДКА ПАСТУШЬЕГО КОЛЬЦА  「THE PROBLEM OF THE SHEPHERD’S RING」
   1st ed: Ellery Queen’s Mystery Magazine, Sep/Oct 2006
   Время действия: декабрь 1943 г.
   Series: Dr. Sam Hawthorne

   © С разрешения переводчика.
   Переведено по изданию: — —
   Перевод: Алексей Брусов
   Редактор: Ольга Белозовская
   © “Клуб Любителей Детектива”, 31 марта 2021г..


!
  Весь материал, представленный на данном форуме, предназначен исключительно для ознакомления. Все права на произведения принадлежат правообладателям (т.е согласно правилам форума он является собственником всего материала, опубликованного на данном ресурсе). Таким образом, форум занимается коллекционированием. Скопировав произведение с нашего форума (в данном случае администрация форума снимает с себя всякую ответственность), вы обязуетесь после прочтения удалить его со своего компьютера. Опубликовав произведение на других ресурсах в сети, вы берете на себя ответственность перед правообладателями.
  Публикация материалов с форума возможна только с разрешения администрации.


   ВНИМАНИЕ! В ТОПИКЕ ПРИСУТСТВУЮТ СПОЙЛЕРЫ. ЧИТАТЬ ОБСУЖДЕНИЯ ТОЛЬКО ПОСЛЕ ПРОЧТЕНИЯ САМОГО РАССКАЗА.

Библиография | +
  “THE PROBLEM OF THE SHEPHERD’S RING'” by EDWARD DENTINGER HOCH 「short story」
  1st ed “Ellery Queen’s Mystery Magazine”「v128 #3 & 4, #781 & 782, September/October 2006] ed. Janet Hutchings (Dell Magazines)」
   ✪ “All But Impossible: The Impossible Files of Dr. Sam Hawthorne”, Published September 10th 2017 by Crippen & Landru 「author's collection」

   — В начале декабря 1943 года, всего через два года после нашей свадьбы, Аннабель сказала мне, что беременна.
   Старый доктор Сэм Хоторн сделал паузу, чтобы снова наполнить бокал посетителя, прежде чем продолжить свой рассказ.
   — Конечно, я был вне себя от радости, хотя это означало, что я принесу ребенка в мир, опустошенный войной. Черчилль, Рузвельт и Сталин только что впервые встретились в Тегеране, согласовав план вторжения в Западную Европу в течение следующего года, и мы надеялись, что худшее скоро закончится.
   Наш добрый друг и первый чернокожий врач Нортмонта, Линкольн Джонс, с головой ушел в акушерство и открыл свой собственный кабинет. Он все медлил с созданием собственной практики, но мы с Аннабель быстро решили, что нет никого, кому мы могли бы доверять больше, для того чтобы родить нашего первого ребенка. Линкольн осмотрел Аннабель в понедельник утром, в годовщину нашей свадьбы, и заявил, что ребенок должен родиться в конце июля. Она уже строила планы, что ее ассистентка возьмет на себя ветеринарную практику в "Ковчеге Аннабель" на время ее родов. Мне было сорок семь лет, когда должен был родиться мой ребенок, но Аннабель была на десять лет моложе, все еще красавица со светлыми волосами и карими глазами.
   — Ты мне понадобишься, Сэм, — сказала она. — Когда подойдет время, тебе придется прекратить свою детективную работу.
   Я заверил ее, что с радостью откажусь от всего этого, если только Нортмонт станет тихим городком в Новой Англии. Но это произойдет не сразу.
   
   Я приехал в свой офис на следующее утро, еще один юбилейный день, но на этот раз далеко не радостный. Прошло два года после нападения на Перл-Харбор, и я знал, что моя бывшая медсестра Эйприл будет думать о своем муже Андре, все еще сражающемся на Тихом океане. Я не удержался и сообщил ей радостную новость о беременности Аннабель, и она была вне себя от радости. Я был крестным отцом ее сына Сэма, названного в мою честь, а теперь семилетнего второклассника, живущего вместе с матерью, пока они ждали возвращения отца с войны. Когда я закончил с новостями, она сказала, что ко мне зайдет шериф Ленс. Я знал, что это будет не просто светский визит.
   — Как дела, док? — спросил он, входя в дверь чуть позже десяти.
   — Все в порядке, шериф. Мы с Аннабель вчера ездили к Линкольну Джонсу.
   — О? Как у него дела с практикой?
   — Растет потихоньку. Мы нашли ему новое занятие.
   — Кто?.. — начал было он, но потом понял, о чем я. — Вы с Аннабель ждете ребенка?
   — Ну, на самом деле просто Аннабель.
   — Док, это отличная новость. Надо сказать Вере! Когда она должна родить?
   — В конце июля, насколько мы можем судить.
   — Может быть, к тому времени война закончится. Вторжение приближается.
   Я отрицательно покачал головой. — Мне тяжело думать обо всех мальчиках, которые там еще умрут. Но чем я могу вам помочь, шериф?
   — У вас есть пациент по имени Джулиус Файнсоу?
   Я тихо застонал.
   — Полагаю, ты можешь назвать его моим пациентом. Я вправил ему сломанную ногу несколько недель назад, когда его трактор перевернулся. Но этот человек нуждается в большей помощи, чем я могу ему оказать. Ему нужен психиатр.
   — В Нортмонте их нет, — заметил шериф.
   — Я знаю.
   — Так ты считаешь его сумасшедшим?
   Я пожал плечами.
   — Невменяемым так точно.
   — Это то же самое, не так ли?
   — Полагаю, что да. Что он натворил на этот раз?
   — Говорит, что убьет Ральфа Седрика за то, что тот продал ему этот неисправный трактор. Его жена Милли была так расстроена, что позвала меня поговорить с ним.
   — Ты его успокоил?
   — Отнюдь нет. Говорит, что мы не можем его остановить, что он может стать невидимым и пройти по дороге к дому Седрика.
   — Вряд ли он сделает это со сломанной ногой, невидимка он или нет.
   Я взглянул на расписание.
   — Вот что я тебе скажу: сегодня днем меня вызывают на ферму Макгрегора. Один из их детей лежит в постели с ветрянкой. На обратном пути я заеду к Файнсоу. Мне все равно надо проверить его гипс, убедиться, что нет опухоли.
   — Может быть, тебе удастся вразумить его, док.
   
   У мальчика Макгрегоров все шло хорошо, ветрянка текла своим чередом. Покончив с осмотром, я уехал и свернул на Честнат-Хилл-роуд. Старый "Бьюик" все еще работал довольно хорошо, и я надеялся, что он продержится до конца войны. Я свернул на подъездную дорожку к ферме Файнсоу, еще раз любуясь главным домом, хотя это было старое здание, построенное в прошлом веке и сильно нуждающееся в покраске. Выйдя из машины, я увидел, как Милли Файнсоу подошла к двери. Она была миниатюрной блондинкой немного моложе меня, которая никогда не казалась подходящей парой для высокого, задумчивого Джулиуса. Их сын при первой же возможности сбежал из дома и, когда ему исполнилось восемнадцать, вступил в армию. В это время он находился где-то в Италии.
   — Привет, Милли. Я был у Макгрегоров и решил заглянуть посмотреть, как там нога Джулиуса.
   — Я беспокоюсь о нем, доктор Хоторн. Он ведет себя еще безумнее, чем обычно. Вчера я попросила шерифа Ленса зайти и поговорить с ним.
   Я последовал за ней в гостиную, заставленную столами и книжными полками, уставленными растениями и фарфоровыми статуэтками.
   — Я давала ему обезболивающие, которые вы прописали, и они действуют как успокаивающие по ночам, но днем он просто разговаривает и бредит.
   — Я посмотрю, смогу ли что-нибудь для него сделать.
   
   Женщина поднялась по скрипучей лестнице на второй этаж. Ее муж оставался наверху, чтобы быть поближе к ванной, хотя я был рад видеть, что он сидит в кресле у окна, а его неподвижная нога опирается на скамеечку. Из-под гипса торчала босая правая нога. Комната была скудно обставлена, не было видно даже книжной полки. Каталог Сирса на одном из столов, казалось, был единственным, что годилось для чтения.
   — Как ты себя чувствуешь, Джулиус? — спросила я, открывая свою черную сумку.
   — Я буду чувствовать себя намного лучше после того, как убью этого ублюдка Седрика. Он продал мне трактор, который чуть не убил меня, а теперь говорит, что я сам виноват.
   — Вы двое враждуете, сколько я себя помню. Не пора ли объявить перемирие?
   — Когда он умрет.
   — А когда это будет? — спросил я, поддерживая разговор.
   — Завтра в полночь.
   — Ты не можешь этого сделать, Джулиус. У тебя правая нога в гипсе.
   — Это меня не остановит.
   — Мне что, поручить помощнику шерифа всю ночь просидеть возле твоего дома?
   Он лукаво, криво улыбнулся.
   — Это не имеет значения. Я могу быть невидимым.
   Я вздохнул.
   — Джулиус, тебе нужно встретиться с кем-нибудь, кто сможет тебе помочь. Я всего лишь врач общей практики.
   — Ты мне не веришь, да?
   Он поднял правую руку, показывая мне золотое кольцо с каким-то драгоценным камнем.
   — Это настоящее пастушье кольцо, описанное во второй книге "Республики" Платона. Он был найден Гигесом, пастухом на службе у царя Лидии. Если я поверну его так, чтобы камень оказался у меня в ладони, я стану невидимым.
   — Хотел бы я на это посмотреть, — сказал я, подыгрывая ему.
   — Не сейчас. Завтра в полночь, когда я убью Ральфа Седрика.
   — Откуда у тебя кольцо? Вроде бы оно должно быть ценным.
   — Это был подарок, — только и сказал он.
   — Джулиус, предположим, утром я приведу сюда Ральфа Седрика, чтобы вы вдвоем могли все уладить, как цивилизованные люди…
   — Приведи его сюда, и я убью его. Избавь меня от необходимости идти туда пешком.
   Он подчеркнул свои слова, подняв корявую трость, прислоненную к кровати.
   Я взглянул на Милли и увидел, что она не в силах справиться с ним, ее лицо застыло в беспомощной маске. Я оставил эту тему и принялся осматривать его гипс и ногу.
   — Ты неплохо справляешься, — сказал я ему. — Еще несколько недель, и гипс можно будет снять.
   Он поднял на меня глаза, и в этот миг я не сомневался, что он психически болен. Если бы это было физически возможно, он действительно пошел бы по этой дороге завтра в полночь и убил бы Ральфа Седрика.
   — Видите мое кольцо, док? Красивое, не правда ли? Оно сделает меня невидимым.
   
   На обратном пути я заехал в офис шерифа, чтобы высказать свое мнение.
   — Этот человек ненормальный, шериф. Возможно, он и не способен стать невидимым, но он определенно способен разбить Седрику голову, если подойдет достаточно близко.
   Шериф Ленс хмыкнул.
   — На самом деле ему не нужно приближаться, не так ли? У каждого фермера на Честнат-Хилл-роуд есть охотничье ружье. Сколько — около ста ярдов? — между домами. Он мог бы сидеть у окна своей спальни и подстрелить Ральфа Седрика, когда тот выйдет за дверь.
   — Его окно с другой стороны, — заметил я.
   — Он мог переползти на другую сторону дома или прихрамывать с тростью и винтовкой.
   — Вы не можете арестовать человека за безумные угрозы, шериф, особенно если он действительно сумасшедший.
   — Сегодня вечером я попрошу помощника шерифа проверить окрестности на случай, если он решит выйти пораньше днем.
   Я кивнул.
   — А завтра найду какой-нибудь предлог, чтобы навестить Седрика и его жену. Что бы ни случилось, Джулиус Файнсоу не станет невидимым и никого не убьет.
   
   Утро следующего дня выдалось на редкость теплым для восьмого декабря, и я уже начал сомневаться, будет ли у нас снежное Рождество. Я припарковался перед домом Ральфа Седрика и позвонил. Его жена Джун подошла к двери и приветствовала меня улыбкой. Это была высокая привлекательная женщина лет тридцати с небольшой сединой, пробивающейся сквозь каштановые волосы.
   — Доктор Хоторн! Что привело вас к нашему порогу? Вы даете бесплатные образцы лекарств сегодня?
   — Боюсь, что нет, Джун. Я помогаю твоему соседу Файнсоу со страховкой за его сломанную ногу. Я подумал, что Ральф мог бы дать мне кое-какие сведения об этом тракторе.
   Джун слегка ощетинилась.
   — Это не трактор стал причиной аварии! Любой здравомыслящий человек знает, что по такому крутому склону на тракторе не проедешь. Этот человек сумасшедший.
   — Ральф здесь? Я вижу его машину на подъездной дорожке.
   Ральф Седрик появился из кухни с чашкой кофе. Это был коренастый лысый мужчина, несколько старше своей жены. Последние десять лет он занимался продажей тракторов "Седрик", и дела у него шли неплохо, пока война не сделала новое сельскохозяйственное оборудование почти таким же труднодоступным, как новые автомобили. Тем не менее сельское хозяйство было необходимо для военных усилий, и он занимался бизнесом в ограниченном масштабе, хотя его главный поставщик теперь строил танки.
   — Вы звали меня, док?
   — Что случилось с трактором и сломанной ногой Файнсоу? Я спросил его, что произошло с ним в то время, но он о том, что произошло, рассказывает очень путанно. Похоже, он во всем винит трактор, который вы ему продали.
   Седрик прислонился к книжному шкафу, потягивая кофе.
   — Не могу себе представить, как Милли остается с ним. Этот человек невозможен. Трактор не был новым, но это было лучшее, что я мог получить из вторых рук. Я предупредил его, что он должен работать на нем на относительно ровных полях. Не прошло и недели, как он попытался вспахать склон холма. Удивительно, что он сломал только ногу.
   Джун прервала мужа.
   — Он сказал Милли, что убьет Ральфа, как только сможет добраться сюда. Сказал, что может стать невидимым. Разве этого не достаточно, чтобы его отправить в тюрьму?
   — Он еще ничего не сделал, — заметил я. — Но я попросил шерифа Ленса присмотреть за домом.
   — Что это там, на дорожке перед домом? — спросил Седрик, глядя в окно. — Это Милли несет снеговика?
   
   Так оно и было. К нам приближалась Милли Файнсоу с трехфутовым снеговиком, сделанным из гигантских ватных шариков с морковным носом, углем вместо глаз, трубкой из кукурузного початка и маленьким цилиндром. Джун встретила ее в дверях. — Милли, что ты сделала?
   — Я сделала это как предложение мира. Снега еще нет, но у вас можете быть хлопковый снеговик во дворе или даже в гостиной, если хотите.
   Джун взяла его и пригласила войти.
   — Ты проделала большую работу, Милли.
   Она поставила снеговика на пол возле камина.
   — Ничего особенного. Я люблю возиться с такими вещами. Отвлекает меня от… — Она замолчала, и на ее лице появилось страдальческое выражение, которое мы все могли прочесть.
   Это была моя работа — задать вопрос, и я его задал. — Как сегодня Джулиус?
   — В основном спит. Я думаю, что эти обезболивающие таблетки действительно притупляют мозг. Просто в последнее время он сам не свой.
   Я кивнул.
   — Лучше, чтобы он спал как можно больше. А теперь мне пора идти. Я еще навещу вас.
   Каким-то образом визит Милли, казалось, снял напряжение. Я оставил их с хорошим предчувствием, что, с пастушьим кольцом или без, ее муж не собирался превращаться в невидимого убийцу в полночь.
   
   В тот вечер мы с Аннабель поужинали в нашем любимом ресторане "Стейк-хаус Макса", чтобы сообщить его хозяину хорошие новости. Мы устроили там наш свадьбу, и Макс Фортескью был как бы одним из членов нашей семьи. — Отличная новость! — сказал он, ставя бутылку вина на наш стол. — Это означает еще одного клиента.
   — Не в ближайшие несколько лет, — с улыбкой ответила Аннабель.
   Тут вошел шериф Ленс, вероятно, надеясь застать меня там, и присоединился к нам за столом. — Мы с Верой в восторге от новости, — сразу сказал он. — Наверное, я слишком стар, чтобы быть крестным отцом, но мы будем любить его, как родного. Вера уже собирается вязать пинетки.
   — Спасибо, шериф.
   Мы пригласили его присоединиться к нам, и он согласился на бокал вина. Аннабель сделала только несколько глотков. Я рассказал ему о подаренном Милли самодельном снеговике для Седриков, и он согласился, что это звучит так, будто все под контролем. — Но я думаю, что смогу подъехать на Честнат-Хилл-роуд около полуночи на всякий случай.
   — Это хорошо, — согласилась Аннабель, — потому что Сэм будет дома в постели. — Она сказала это с улыбкой, но я знал, что она говорит серьезно. Она сильно расстраивалась, если я уходил после наступления темноты.
   Хотя обычно я старался быть в постели к одиннадцати, в тот вечер я находил предлоги, чтобы не ложиться спать допоздна, даже когда моя жена позвала меня сверху. — Я поднимусь через несколько минут, — сказал я ей, зная, что шериф Ленс свяжется со своим офисом по рации, если что-нибудь случится.
   Я уже собирался бросить все и лечь спать, когда зазвонил телефон. Это был один из помощников Ленса. Шериф вызвал помощь в дом Ральфа Седрика, и он хотел, чтобы я тоже был там. Я быстро объяснил ситуацию своей несчастной жене и, накинув пальто, поспешил к машине. На пустынных полуночных дорогах мне потребовалось всего десять минут, чтобы добраться до Честнат-Хилл-роуд и мигалок трех машин шерифа.
   Шериф Ленс ждал меня у входа. Даже в тусклом свете, падавшем из окон дома, я видел, что он был в отчаянии.
   — Шериф…
   — Это был Файнсоу, — сказал он мне. — Я все время смотрел на улицу. Он так и не пересек ее, но в следующее мгновение уже стоял перед домом. Он разбил тростью дверное стекло и открыл дверь. Как только он оказался внутри, Джун выбежала, крича и причитая. Боже мой, Сэм…
   
   Я последовал за ним в дом. Разгром, казалось, был везде. Даже хлопчатобумажный снеговик был растоптан и разорван, лампа разбита, книги сорваны с полок, а одежда разбросана. Ральф Седрик лежал в луже крови на кухонном полу, его череп был разбит сучковатой тростью Файнсоу, валявшейся рядом.
   — Он все еще здесь? — спросил я.
   Шериф покачал головой. — Мы обыскали каждый дюйм дома. У меня есть пара человек, которые следят за домом Файнсоу, но мы еще туда не вошли.
   Из столовой доносились рыдания. — А как же Джун?
   — Она в плохом состоянии, док. Может, ты ей что-нибудь дашь?
   Я прошел в соседнюю комнату, где помощник шерифа пытался ее утешить.
    — Мы можем позвонить кому-нибудь из родственников? — спросил он, но она только покачала головой.
   — Дайте мне несколько минут побыть с ней наедине, — сказал я помощнику шерифа и сел за стол. — Расскажи мне об этом, Джун. Как это случилось?
   — Он… он ударил в дверь тростью. А потом он просто начал все ломать.
   — Это был Джулиус Файнсоу?
   Она кивнула.
   — На нем была куртка с капюшоном, но я его узнала. Он шел с трудом из-за гипса на ноге. Из кухни выбежал Ральф. Я велела ему вернуться, но Файнсоу уже набросился на него с тростью. Я подбежала к двери и закричала. Прибежал шериф, но было уже слишком поздно. Ральф был мертв.
   — А Файнсоу?
   — Он куда-то… ушел.
   Я снова повернулся к шерифу Ленсу.
   — И что же ты видел?
   — Как я и сказал, Файнсоу внезапно он оказался на дорожке перед домом, направляясь к двери. Когда он разбил стекло, я выскочил и побежал к дому. Если бы я припарковался чуть ближе, то, возможно, успел бы вовремя, чтобы спасти Ральфу жизнь.
   — Нам лучше заняться Файнсоу, — мрачно сказал я. — И Милли.
   
   Я думаю, мы оба немного боялись того, что обнаружим в доме Файнсоу, но после пары звонков в дверь появилась Милли в халате и тапочках. — В чем дело? — спросила она. — Что случилось?
   — А Джулиус здесь? — спросил шериф Ленс, не отвечая на ее вопрос.
   — Почему… Я думаю, он спит. Я дала ему еще одну обезболивающую таблетку.
   Она повела меня в его комнату, и я заметил, как шериф незаметно вытащил пистолет из кобуры, держа так, чтобы его не было видно. Она открыла дверь в комнату мужа и включила свет. Файнсоу лежал в постели, положив забинтованную ногу на подушки, и глаза его тотчас открылись. Когда он увидел меня, он улыбнулся и сказал: "Я сделал это, как и обещал. Я убил Ральфа Седрика".
   Как бы невероятно это ни казалось, но были доказательства, подтверждающие его слова. Трость, прислоненная к его кровати во время моего предыдущего визита, теперь была окровавленным орудием убийства на кухне Ральфа Седрика. На подошвах шлепанцев, стоявших рядом с кроватью, виднелись следы грязи, а рядом на полу валялась куртка с капюшоном.
   — Давай я пощупаю твой пульс, — сказал я, сжимая его правое запястье. Пульс немного скакал, хотя я не мог приписать это какой-либо недавней физической активности. Вид вторгшихся в его спальню посреди ночи людей мог бы объяснить это.
   — Ты не спала с ним? — спросил шериф Милли.
   — Не после аварии. С гипсом и всем, что я знала, ему будет удобнее на всей кровати. Я пользовалась дополнительной комнатой, — она глубоко вздохнула. — Расскажи мне, что случилось с Ральфом Седриком.
   — Он мертв, Милли. Мы с Джун увидели фигуру, похожую на Джулиуса, входящего в их дом.
   Мне было интересно услышать, что скажет Файнсоу.
   — Расскажи нам, как ты это сделал, — настаивал я.
   Его улыбка была хитрой, как у тигра, смесь чистого зла и безумия.
   — Милли была у себя в комнате. Когда время близилось к полуночи, я встал с постели с тростью, надел шлепанцы и куртку и стал невидимым.
   — Покажи нам это, — предложил я, как и накануне.
   — Нет, нет! Я не могу злоупотреблять силой.
   — Как ты убил Седрика? — спросил шериф Ленс.
   — Когда я подошел к его двери, я снова стал видимым. Я хотел, чтобы он увидел, кто его убивает. Я разбил стекло и открыл дверь, но тут закричала Джун. Мне стало ее жалко. А потом появился Седрик, и я ударил его палкой.
   — Ты оставил ее там, — сказал я. — Как же ты вернулся без нее?
   Снова лукавая улыбка.
   — Мне не нужна палка, когда я невидимка. Мое тело не имеет веса, и я могу летать.
   — Если вы признаетесь, что убили его, мне придется вас арестовать, — сказал шериф.
   — Ну конечно. Но я не думаю, что вы сможете долго держать в тюрьме человека-невидимку.
   — Мы позаботимся об этом, — сказал я.
   Прежде чем он понял, что происходит, я схватил его за запястье и стянул с пальца пастушеское кольцо.
   — Нет! — закричал он, но было уже поздно.
   — Теперь ты такой же человек, как и все мы.
   Я протянул кольцо шерифу Ленсу.
   — Храните это в надежном месте.
   Файнсоу метался в постели.
   — Милли! — крикнул он. — Они забрали кольцо!
   Она стояла в дверях, качая головой и чуть не плача.
   — Нам придется забрать его, — сказал ей шериф. — Мне очень жаль.
   Он вызвал скорую помощь, а когда Файнсоу попытался сопротивляться, мне пришлось дать ему успокоительное. Не было никаких сомнений в том, что этот человек был умственно неполноценным, но это все еще не объясняло — в рациональном мире — как он убил Ральфа Седрика.
   
   Файнсоу был госпитализирован под охраной, и большое жюри быстро предъявило ему обвинение в убийстве. В своих показаниях шериф Ленс признал, что, возможно, не видел человека, приближающегося к дому, потому что свет был слабым.
   — Что еще я мог сказать, док? — сказал он мне позже. — Они никогда не купятся на человека-невидимку. Файнсоу признался в убийстве и даже описал, как он это сделал. За исключением невидимости, это имеет смысл.
   — За исключением невидимости. Разве ты не видишь, что это самый важный элемент?
   — На Честнат-Хилл-роуд нет уличных фонарей. Может быть, я не видел Файнсоу до тех пор, пока он не оказался в свете от дома Седрика.
   Я отрицательно покачал головой.
   — Даже без невидимости я сомневаюсь, что Файнсоу смог бы проковылять больше ста ярдов со своей тростью. И, конечно, он не смог бы вернуться в свою постель без трости.
   — А какая еще может быть возможность? — спросил он.
   — Жена Седрика.
   — Джун? Этого не может быть. Она выбежала с криком еще до того, как я добрался до дома. Не было времени для нее, чтобы сделать это. Кроме того, если она убила своего мужа, откуда Джулиус мог точно знать, что произошло?
   — Ты прав, — признал я, но мне все равно это не нравилось.
   
   Дело тянулось до рождественских каникул и начала января. Военные новости были в основном о наступлении русских, отвоевавших большую часть территорий, захваченных гитлеровцами в прошлом году. С войной и беременностью Аннабель, постоянно занимавшими мои мысли, у меня было мало времени для Джулиуса Файнсоу.
   Вот почему телефонный звонок Милли в середине января стал для меня неожиданностью.
   — Доктор Хоторн? Это Милли Файнсоу. Я наняла адвоката из Шинн-Корнерс, чтобы он защищал моего мужа, и ему нужно поговорить с вами. Я хотела спросить, не могли бы вы встретиться с нами как-нибудь на этой неделе.
   Я взглянула на календарь встреч.
   — У меня есть немного свободного времени завтра днем, около двух. Где?
   — Прекрасно. В вашем офисе?
   — Я буду ждать вас.
   
   Они приехали как раз вовремя: Милли — в меховой куртке, защищающей от зимних ветров, а Терренс Мелнэп — в лыжной куртке и ботинках. Он пожал мне руку и протянул свою визитную карточку.
   — У нас в Шинн-Корнерсе снега больше, чем у вас, — сказал он, возможно, в оправдание непогоды. — Приятно познакомиться, доктор Хоторн. Я много слышал о вас за эти годы.
   — Надеюсь, только хорошее.
   — Конечно.
   Он открыл свой портфель.
   — На следующей неделе состоится предварительное слушание. Естественно, мы признаем себя невиновными по причине невменяемости.
   — Ну конечно.
   Я взглянул на Милли.
   — Поскольку его никогда не осматривал психиатр, нам нужны ваши показания о его психическом состоянии. Это должно убедить судью назначить психиатрическую экспертизу.
   — Я могу подтвердить то, что знаю. Скажи мне, Милли, в каком он сейчас состоянии?
   — У него депрессия. Он все время говорит мне, что хочет вернуть свое кольцо.
   Я отрицательно покачал головой.
   — Нет. Это часть его одержимости.
   — Какой от этого будет вред? — спросил Мелнэп. — Вы, конечно, не верите в эту историю с невидимостью.
   — Конечно, нет, но я хочу сказать, что он все еще верит. Дайте ему кольцо, и он может подумать, что он невидимка, и попытаться сбежать, когда его приведут по двору.
   Адвокат согласно кивнул. — В этом вы правы.
   
   В следующий понедельник я дал показания на предварительном слушании, и судья назначил подсудимому психиатрическую экспертизу. Я сомневался, что дело когда-нибудь дойдет до суда из-за состояния, в котором находился Файнсоу. После судебного заседания я пообедал с шерифом Ленсом в аптеке напротив здания суда.
   — Как поживает Аннабель? — спросил он.
   — Прекрасно. На следующей неделе она встречается с Линкольном Джонсом.
   — Июль наступит раньше, чем ты успеешь оглянуться.
   — Надеюсь, что так.
   — В чем дело, док?
   Я покачал головой.
   — Это дело Файнсоу. Оно не дает мне покоя.
   — Что ты имеешь в виду?
   — Поскольку Файнсоу не мог стать невидимым, должно быть какое-то другое объяснение. Вы могли бы не заметить, как он ковылял по улице в темноте, но у него все же не было возможности вернуться. Человек, убивший Ральфа Седрика, должно быть, вышел через заднюю дверь дома и побежал через поле в темноте.
   — Но в своем признании Файнзоу подробно описал преступление. Если он этого не делал, то как он об этом узнал?
   — Совершенно верно, шериф. И этому есть только одно объяснение. Это Милли прошла по дороге в куртке с капюшоном, Милли убила Седрика и сбежала через заднюю дверь, чтобы рассказать мужу, что именно она сделала.
   Это была хорошая идея, но шериф Ленс тут же ее отбросил.
   — Не может быть, док. Во-первых, Милли на целую голову ниже своего мужа. Я никогда не спутал бы ее с ним, даже в тусклом свете. А через пару минут мой помощник был у дома Файнсоу, чтобы задержать его по возвращении. Он освещал все вокруг и так ничего и не увидел.
   Я подумал об этом, но мне это не понравилось.
   — Это не мог быть Джулиус, если только он действительно не был невидимкой. Это не могла быть Джун Седрик, потому что у нее не было на это времени, и она не могла сказать Джулиусу, что она сделала. Это не могла быть Милли, потому что она слишком мала ростом и ее могли увидеть, когда она возвращалась домой. Что же нам остается?
   Шериф пожал плечами.
   — Проходящий мимо бродяга, ищущий дом, который можно ограбить?
   — Вы забываете, что орудием убийства была трость Джулиуса Файнсоу, которую я видел в его доме днем раньше.
   — Тогда это должен быть Файнсоу, док. Как бы он это ни сделал, он должен быть виновен. Какая разница? В любом случае ему самое место в психиатрической больнице, куда он и отправится.
   Я чувствовал, как будто из меня выходит дух. Впервые с тех пор, как я приехал в Нортмонт, у меня появилась загадка, которую я не могу объяснить.
   Это не давало мне покоя ни в офисе, ни дома с Аннабель.
   — Ты должен выбросить это из головы, Сэм, — сказала она мне несколько дней спустя. — Думай о том, как стать отцом.
   
   Конечно, она была права, но на следующее утро я решил еще раз посетить офис шерифа. — В чем дело, док? — спросил он, подражая популярному герою мультфильма.
   — Пожалуйста, шериф.
   — Просто пошутил немного. Что я могу для тебя сделать?
   — Кольцо Джулиуса Файнсоу, которое делает его невидимым, все еще у тебя?
   — Конечно. Если дело дойдет до суда, оно может понадобиться окружному прокурору, но пока оно все еще в моем досье.
   Он вытащил его из конверта на стол, и я внимательно изучил.
   — Он не выглядит особенно древним или ценным.
   — Это не так. Такие продают в ювелирном магазине Росса за тысячу девятьсот девяносто пять. Я проверил.
   — И все же что-то убедило его, что это похоже на пастушеское кольцо Гигеса, описанное во Второй книге Платона… — Я замер на полуслове.
   — В чем дело, док?
   — Вот именно, шериф! Вот и ответ! Пойдем, я все объясню по дороге.
   
   Мы сели в машину шерифа, и, пока он вел машину, я рассказывал.
   — Где такой человек, как Джулиус Файнсоу, фермер с психическими расстройствами, который не знал того, как удержать трактор на крутом склоне холма, мог наткнуться на такую книгу, как "Республика" Платона? Конечно, не в его доме, где книжные полки были заполнены растениями и фарфоровыми статуэтками, а единственным предметом для чтения в его спальне был каталог Сирса.
   — О чем вы говорите, док?
   — Книги в другом доме были дальше по дороге, в доме Ральфа Седрика. Помните, как некоторые из них были сброшены с полок во время убийства?
   Мы свернули на Честнат-Хилл-роуд.
   — Так вот куда мы сейчас направляемся?
   — Нет. Сначала мы остановимся у дома Файнсоу.
   
   Это был удачный выбор. Милли и Джун вместе пили утренний кофе.
   — В чем дело? — спросила Милли, встречая нас в дверях с чашкой кофе в руке.
   — Произошло новое событие, — сказал я.
   — Присоединяйтесь к нам. Я принесу еще две чашки.
   — В чем дело? — спросила Джун Седрик. — Плохие новости?
   — В некотором смысле. Я хочу рассказать вам обоим одну историю. Речь идет о двух женщинах, соседках, которые отчаянно хотели избавиться от своих мужей.
   Кофейная чашка выскользнула из руки Милли.
   — О боже!
   — Ничего не говори, — предупредила ее Джун.
   — Ей и не нужно, — сказал я им. — Говорить буду я. Эта мысль, вероятно, пришла вам в голову, когда Джулиус сломал ногу во время аварии на тракторе и угрожал убить Ральфа за то, что тот продал ему неисправную машину. Как-то утром за чашкой кофе вы, должно быть, решили, что это будет идеальным решением ваших проблем — если Джулиус убьет Ральфа и окажется в психиатрической больнице. Психическое состояние Джулиуса было уже настолько плохим, что вы думали, что его можно заставить выполнить свою угрозу. Должно быть, это ты, Джун, вспомнила, что читала о пастушьем кольце и его силе невидимости. Вы даже нашли кольцо, которое Милли могла использовать, чтобы убедить его в его силе.
   — Как же мне удалось убедить его в этом? — спросила Милли.
   — Он принимал обезболивающие для своей ноги, и они оказывали на него ощутимое влияние. Вдобавок к его уже существующим психическим проблемам, так что было нетрудно убедить его, что он невидим, когда он поворачивал кольцо определенным образом. Убийство было назначено на ту самую полночь, и только когда время приблизилось, стало ясно, что Джулиус, возможно, мысленно хотел совершить убийство, но не мог физически. Вы перешли к запасному плану. Пока Джулиус лежал в постели с дополнительной дозой обезболивающего, Джун сделала за него всю работу и забила своего мужа до смерти.
   — Подождите секунду, док, — прервал меня шериф. — Ты забываешь, что он был убит тростью Файнсоу. Как она туда попала?
   — Мы были свидетелями ее появления, шериф, в том снеговике, который сделала Милли. Он была примерно такой же высоты, как и трость, которая, должно быть, служила основой для этих больших хлопчатобумажных шаров. Вот почему снеговика пришлось разорвать на части, и вот почему был нанесен другой ущерб, чтобы сделать это менее очевидным.
   — Вы хотите сказать, что я видел, как Джун входила в свой дом?
   — Так и должно быть, шериф. Милли была слишком маленькой, чтобы сойти за мужа, но Джун была выше. Она надела куртку с капюшоном, похожую на пальто самого Джулиуса, обернула вокруг ноги кусок белой бумаги, чтобы тот мог сойти за гипс, и прихрамывала, опираясь на трость. Она вышла через заднюю дверь дома и обошла его с другой стороны, поэтому фигура, казалось, появилась из ниоткуда перед домом.
   Но у шерифа было другое возражение.
   — Я думал, мы исключили это раньше, док. У нее не было бы времени убить его, разгромить дом и появиться в дверях почти мгновенно.
   — Она убила его раньше, шериф. Она все сделала до того. Когда она подошла к входной двери и разбила стекло, он уже лежал мертвый на кухонном полу. Ей оставалось только бросить куртку и бумагу в беспорядке, бросить трость рядом с его телом и с криком броситься к входной двери.
   — Что делала Милли все это время?
   — Разговаривала с Джулиусом в его безумном наркотическом состоянии, рассказывала ему, что именно он сделал, как стал невидимым, перешел улицу, разбил стекло и убил Седрика своей тростью. Она даже испачкала подошвы его шлепанцев, чтобы добавить убедительности этой истории. Ральф Седрик был мертв, и Джулиус Файнсоу признался, что убил его. Вы сами были свидетелем этого, шериф. Это должно было быть правдой, только когда они изменили свой план, Джун и Милли забыли придумать способ, которым Джулиус мог бы вернуться домой. Его возвращение осталось без какой-либо альтернативы.
   
   Их обоих задержали по подозрению в убийстве, и через день Милли раскололась и подтвердила все, что я сказал. Через какое-то время шериф Ленс сказал мне: "Знаешь, док, может быть, кольцо сделало бы его невидимым. Ты когда-нибудь задумывался об этом?"
   — Мы живем в рациональном мире, но бывают времена, когда даже мне приходится считаться с иррациональным. Помнишь, я проверил пульс на правом запястье Файнсоу? Я повернул кольцо так, чтобы камень оказался внутри. Это не делало его невидимым.
"Детектив — это интеллектуальный жанр, основанный на фантастическом допущении того, что в раскрытии преступления главное не доносы предателей или промахи преступника, а способность мыслить" ©. Х.Л. Борхес

За это сообщение автора Клуб любителей детектива поблагодарили: 8
Aloha (31 мар 2021, 16:51) • buka (31 мар 2021, 18:41) • igorei (31 мар 2021, 22:06) • Miranda (01 апр 2021, 12:19) • Гастингс (31 мар 2021, 18:45) • Герцог Денверский (31 мар 2021, 14:33) • Stark (31 мар 2021, 14:27) • Виктор (31 мар 2021, 14:54)
Рейтинг: 53.33%
 
Аватар пользователя
Клуб любителей детектива
Освоился
Освоился
 
Автор темы
Сообщений: 173
Стаж: 58 месяцев и 3 дня
Карма: + 20 -
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 826 раз.

Re: Эд. Хоч “Загадка пастушьего кольца”

СообщениеАвтор Виктор » 04 апр 2021, 12:18

  Спасибо за перевод.

  Сразу становится понятно, что в трагических событиях будет замешан необычный ватный снеговик, в котором что-то можно спрятать.
Но какую конкретно роль сыграет снеговик в убийстве я сам догадаться не смог.

  Всегда интересно следить за тем, как Эдвард Хоч превращает невероятные (сказочные) сюжеты в рационально объяснимые истории.

Off topic:
  Маленькое замечание. Доктор Хоторн и инспектор Ленс в начале своего общения называют друг друга на "Вы", а потом вдруг резко переходят на "Ты".
"Если у вас пропал джем, а у кого-то выпачканы губы,
это ещё не доказательство вины".

Эдмунд К. Бентли
Виктор
Куратор темы
Куратор темы
 
Сообщений: 2895
Стаж: 95 месяцев и 1 день
Карма: + 82 -
Откуда: г. Великий Новгород
Благодарил (а): 1972 раз.
Поблагодарили: 2328 раз.

Re: Эд. Хоч “Загадка пастушьего кольца”

СообщениеАвтор Доктор Немо » 04 апр 2021, 12:24

Виктор писал(а):Off topic:
Маленькое замечание. Доктор Хоторн и шериф Ленс в начале своего общения называют друг друга на "Вы", а потом вдруг резко переходят на "Ты".

А что тут такого? Например, Борис Карлович со мной именно так и общается :) :hahaha:
Нет ничего невозможного. Не говорите так. Меня это раздражает.
Августус С. Ф. К. Ван Дузен, Д.Ф., Д.П., Л.К.О., Д.М., и пр., и пр.
Аватар пользователя
Доктор Немо
Ветеран
Ветеран
 
Сообщений: 1592
Стаж: 64 месяцев и 13 дней
Карма: + 31 -
Откуда: Гомель, Беларусь
Благодарил (а): 449 раз.
Поблагодарили: 959 раз.

Re: Эд. Хоч “Загадка пастушьего кольца”

СообщениеАвтор Виктор » 04 апр 2021, 12:27

Доктор Немо писал(а):
Виктор писал(а):Off topic:
Маленькое замечание. Доктор Хоторн и шериф Ленс в начале своего общения называют друг друга на "Вы", а потом вдруг резко переходят на "Ты".

А что тут такого? Например, Борис Карлович со мной именно так и общается :) :hahaha:

Off topic:
С точки зрения литературной грамотности - это неправильное построение текста.
Как минимум, повествование кажется небрежным.
Вопрос редактирования.
Но это уже к самому рассказу не относится.
"Если у вас пропал джем, а у кого-то выпачканы губы,
это ещё не доказательство вины".

Эдмунд К. Бентли
Виктор
Куратор темы
Куратор темы
 
Сообщений: 2895
Стаж: 95 месяцев и 1 день
Карма: + 82 -
Откуда: г. Великий Новгород
Благодарил (а): 1972 раз.
Поблагодарили: 2328 раз.



Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Кто просматривал тему Кто просматривал тему?